- Не знаю, насколько невинна его душа, но водка у тебя, похоже, неплохая. Где брал? - спросил Пафнутьев.

- Сама пришла! - не задумываясь, ответил Шаланда, и опять не понял Пафнутьев - шутит ли потрясенный начальник милиции или уже дает показания. Вслед за бутылкой Шаланда вынул из тумбочки стола банку с солеными огурцами, со стуком поставил ее на стол, развернул пакет с подсохшими кусками хлеба. Разлив водку в два подвернувшихся на подоконнике стакана, Шаланда поднял свой и остро взглянул на Пафнутьева.

- Удачи тебе, Оськин, в неземных условиях! - и, не дожидаясь согласия Пафнутьева на столь своеобразный тост, Шаланда залпом выпил водку до дна. После этого опустил толстые свои пальцы в банку, нащупал там в соленом растворе огурец, вынул его и тут же сунул в рот, не обращая внимания на Пафнутьева, которому пришлось добывать себе закуску точно таким же способом.

- Хорошие огурцы,- сказал Пафнутьев.

- Можешь и рассолу выпить,- Шаланда невидяще смотрел в стену и яростно жевал похрустывающий огурец.

- Так ты же вроде пальцы там помыл! - усмехнулся Пафнутьев.

- Тогда не пей,- Шаланда равнодушно передернул плечами, взял банку и сделал несколько больших глотков, показывая безвредность напитка.- Как ты думаешь, Паша, меня выгонят?

- За что?

- Не уследил... Смертоубийство в собственном кабинете... Это тебе не хвост собачий, не ус моржовый!

- Убийца задержан? - спросил Пафнутьев.

- Ты же видел.

- Спрашиваю - задержан?

- С поличным! По горячим следам! - воскликнул Шаланда, и во взгляде его возникла слабая надежда на понимание.

- Тогда все в порядке,- успокоил Пафнутьев.- Преступник задержан, орудие убийства изъято, труп увезли, кровь смыли. Ты чист, Шаланда, и можешь дальше исполнять свои служебные обязанности. Орден за заслуги перед Отечеством вряд ли получишь, но звезда на погоны тебе обеспечена. Твои действия отличались грамотностью, оперативностью, решительностью. И потом, в конце концов, во время схватки с убийцей ты рисковал 'собственной жизнью. На это не каждый способен. А ты подтвердил высокое профессиональное мастерство и личное мужество.