- А вот тут ни фига, Паша! Взгляды он такие бросает, что я не решаюсь с ним в кабинете один на один оставаться.

- Крепкий старик? Гигант? Монстр?

- Опять же, ни фига. Хилый старикашка, занюханный дальше некуда, пенсионер, бывший дорожный рабочий. Живет здесь недалеко, шатается по этим же вот улицам.

- Обыск?

- Пусто.

- Оружие? Наркотики? Взрывчатка? - перечислил Пафнутьев обычные находки, с которыми он сталкивался едва ли не каждый день, едва ли не при каждом обыске.

- Коробка из-под фотоаппарата "Зенит", а в ней ордена и медали. За взятие Будапешта, Варшавы, Берлина, Парижа, Лондона, не знаю, что он там еще брал в своей жизни. Если бы не остановили, наверняка и Вашингтон бы взял запросто. И это... победитель соцсоревнования... Большим ударником был, оказывается, Сергей Степанович Чувьюров. Ты когда-нибудь слышал такую фамилию - Чувьюров? Что-то в ней слышится чреватое, а, Паша? - Шаланда приник тяжелой грудью к столу и уставился на Пафнутьева с таким напряжением, будто и в самом деле фамилия задержанного таила в себе опасность.

- А ты когда-нибудь слышал фамилию Пафнутьев? - спросил Пафнутьев.- А фамилию Шаланда слышал?

- Да ладно тебе! - Шаланда махнул тяжелой ладонью.- Старику седьмой десяток. Парень, который его скрутил и доставил, настаивает, что тот порешил и его друга. Неделю назад. Понимаешь? Друга зарезал, а теперь и за ним охоту начал. Безнаказанность, она, знаешь, к чему приводит?

- К чему? .

- К беспределу! Она толкает все на новые и новые преступления. Понял? сурово спросил Шаланда.

- Понял. Значит, что же получается? - медленно проговорил Пафнутьев, начиная, наконец, проникаться заботами Шаланды.- Выходит, оба пострадавших - и тот, недельной давности труп, и свеженький, который доставил к тебе этого страшилу - знакомы друг с другом?

- Да,- кивнул Шаланда.- Очень хорошо знакомы. И оба знают старика. Паша, я тебе сейчас такое скажу... Такое скажу... Эти ребята под два метра... Амбалы, понял? Самые настоящие амбалы.